Знакомство глеб северов пенза

Подростки зверски избили школьницу в Мурманске [соцсети] | Информационное агентство «moldliswellmer.tk»

Виктор Глеб: Украина «присвоила» часть Крымского моста . Иванович родился в году в Пензе. Когда началась война ему было 33 года. Северный флот вместе со всеми вооруженными силами России отмечает 23 о новой танцевальной студии, о своём легендарном дяде, знакомстве с Егором. От северов нужно тоже отдыхать))) седня накупил вяленной сопы и нефильрованного пензенского певаса, ща еще подвезут и тоже красавица и ребенок классный, вобщем знакомство будет точно положительным!!! наговариваете Вы на наше семейство, Глеб Егорович. Грех это)))). Глеб Жеглов | Господи . Согласно архивным данным, Виктор Иванович родился в году в Пензе. Когда началась война ему было 33 года. Северный флот вместе со всеми вооруженными силами России студии, о своём легендарном дяде, знакомстве с Егором Дружининым и о.

Я обзвонил всех, уговаривая прийти. Перед тем как я должен был представить его слушателям, он попросил: Видимо, он не был уверен в музыкальных достоинствах того, что он делал. На следующем вечере Окуджавы в Доме искусств стояла толпа. Другой эпизод, относящийся к бардовской юности Окуджавы, рассказывает в книгах воспоминаний "Вблизи и вдали", "След в океане" Александр Городницкий: С самого момента своего появления авторская песня постоянно запрещалась и многократно предавалась анафеме с высоких трибун и в печати.

Я вспоминаю одно из первых выступлений Булата Окуджавы в моем родном Ленинграде, после которого он был подвергнут травле в доносительской статье некоего Н.

Лисочкина, опубликованной в комсомольской газете "Смена". На выступлении, проходившем в Доме работников искусств на Невском, присутствовало довольно много ленинградских композиторов, которые не стеснялись топать ногами, освистывать автора, выкрикивать: После концерта, уже в гардеробе, к Окуджаве подскочил именитый в те поры и обласканный властями композитор Иван Дзержинский, автор популярной в сталинские годы оперы "Тихий Дон".

Багровый от негодования, брызжа слюной, он размахивал руками перед самым носом Булата Окуджавы и кричал: Обстановку неожиданно разрядил стоявший за разбушевавшимся композитором известный актер БДТ Евгений Лебедев, который хлопнул его по плечу и заявил: Рассказывает Борис Жуков, московский журналист: Я и так человек известный". По такому случаю произошла большая раздача наград, а поскольку на тот же год пришлось и летие самого Окуджавы, то тут уж он не отвертелся.

Правда, в орденоносцы он въехал "третьим классом": Внутри каждого из них фамилии перечислялись строго в алфавитном порядке, так что Окуджава значился где-то в середине последнего списка -- сразу после Льва Овалова. Последний вряд ли мог бы повторить про себя фразу Окуджавы, зато всем жителям этой страны известен созданный им бессмертный образ майора Пронина.

Самому Городницкому повезло неизмеримо больше: После первого концерта было проведено еще несколько "комплексных" вечеров, где одно отделение занимали самодеятельные авторы, а второе -- "профессионалы". Так, 10 ноября года в первом отделении абонементного концерта выступал один из ведущих ленинградских эстрадных композиторов Александр Колкер с очень популярными в то время профессиональными исполнителями Марией Пахоменко и Александром Серебровым, а во втором отделении -- автор этих строк, как известно, никогда вокальными талантами не отличавшийся.

На гитаре мне аккомпанировал Валентин Вихорев. Часть моих песен в этом концерте пел молодой артист-исполнитель Илья Резник, ставший позже весьма популярным и преуспевающим автором, немало песен написавшим для Аллы Пугачевой. Тогда это был высокий, застенчивый и красивый юноша, очень похожий на молодого Блока.

На этом концерте он пел песни "За белым металлом", "Палаточные городах", "Черный хлеб", "Бермудские острова", "Над Канадой". Много лет спустя, после долгого перерыва, уже в наши дни, я неожиданно встретился с ним в Ленинграде на перроне Московского вокзала по дороге в Москву. Мы стояли возле вагона "Красной Стрелы", когда рядом с нами величественно проплыла высокая солидная фигура в бобровой шубе и такой же шапке.

Илья с высоты своего великолепного роста скептически оглядел мою затертую нейлоновую куртку и милостиво протянул два толстых пальца. А ведь представляете, с чего я начал? Однажды, еще в те полузабытые времена, когда всякое появление авторской песни в эфире было событием, году так в м популярный в ту пору артист эстрады и кино Игорь Скляр в очередной телепередаче объявил, что споет "русскую народную песню".

И запел "Губы окаянные В поисках выхода для переполнявших его чувств он немедленно набрал номер Кима Тут к телефону подскочила дочь Кима и радостно прокричала: Впоследствии Ким с удовольствием рассказывал эту историю на своих концертах, а Дмитрий Дихтер со своей студией сделал даже ретро-программу по классике авторской песни под названием "Русский народ слушает".

Если и не вошла в эту программу песня Александра Краснопольского "Как над Волгой-рекой Организатор концерта прибежал к директору учебного заведения и говорит, мол, такой популярный автор, все его знают Директор взял афишу и со словами "сейчас проверим, какой он популярный" пошел в аудиторию, где занимались студенты. Развернул перед ними лист и спросил: Ответ прозвучал очень дружно: Рассказывает Елена Настасий, автор из Волгограда: Около столовой стоит довольно привлекательная молодая особа женского пола и явно кого-то ожидает.

По главной аллее, усиленно держа равновесие, ко входу в столовую приближается Олег Григорьевич Митяев -- прим. Взгляд его концентрируется на особе. Давайте с Вами познакомимся! С трудом изображая наивное удивление на лице, особа изрекает: На этих словах улыбка с лица мэтра медленно сползает в сторону. Но тут поспевает помощь в лице Тарасова: А, "Изгиб гитары желтой!. В составе агитбригады -- еще и Сашин брат Михаил. В одном из населенных пунктов артистов уже ждет рукописная афиша, на которой начертано: Однажды он вернулся в Европу в совершеннейшем восторге от тамошнего академического мужского хора, который -- представляешь, Вова, мужики в смокингах, манишках и бабочках -- поет "Атлантов" Городницкого и "Молитву" Окуджавы!

Кстати, об этом даже писал хороший журнал "Клуб и художественная самодеятельность". Но более всего на Диму произвело впечатление то, что с хором работает аранжирует и все такое прочее настоящий композитор, член союза, хотя и молодой, а главное -- интереснейший мужик Фамилия -- два таких простых-простых русских слова В те годы в Новосибирске клубы плодились с китайским неприличием.

Один из них был основан Игорем Фидельманом по кличке "Фидель" на базе какого-то женского общежития. И по четвергам прекрасные дамы собирались на звуки магнитофона, на котором Фидель крутил им очередную жертву, перемежая записи собственными комментариями.

И вот однажды в четверг появляется Дихтер. Фидель отменяет консервированного Розенбаума и выпускает живого Диму. А афишку про Розенбаума снять забывает. Короче, Дихтер поет, а красный уголок битком забит девушками, на головах которых белеют тюрбаны-полотенца после бани, и еще две головы в дверях -- и диалог: Меня туда не пригласили, я там был в командировке. Думаю, заеду к ребятам. И пошел Бориса Бурду искать. Вижу -- стоит Юра Устинов возле домика, печальный Захожу -- действительно, сидят в дымину пьяные.

Один на меня голову поднимает, смотрит Он вскакивает, вытягивается передо мной: Рассказывает Сергей Татаринов Санкт-Петербург. Одна ночь уже позади, и не очень ранним утром сидят Мищуки, Вахнюк, Туриянский, Леонид Сергеев, Виктор Байрак и прочие корифеи -- медленно просыпаются, приводят лица в порядок, медитируют перед отборочным прослушиванием.

Подходят двое молодых людей новой формации у одного -- кольцо в ухе и спрашивают, где будет проходить прослушивание. Байрак как наименее пострадавший от ночных мероприятий начинает водить руками и оживленно информировать: И не замечает, что один из этих молодых, который окольцованный, уже не слушает, а смотрит, не отрываясь, на Сергеева.

Я, увидев впервые Альфреда Тальковского: Михаил Волков Москва -- Раанана, Израиль вспоминает такой эпизод: Закусывающие сидели на низких длинных скамеечках, а яства были разложены на матах, нагроможденных один на другой до нужной высоты. Пили вино, привезенное киевской командой. В первый и последний раз я увидел людей, приехавших в Молдавию со своим вином.

Оправдывалось это, быть может, тем, что вино было яблочное, дешевое и везлось канистрами. Канистр было много, а вина оказалось мало.

Похоже, киевляне знали, что делали, так как список одних только бардов, которых доставил их спецавтобус, был внушителен: Возглавляла делегацию Нелли Пазырюк, но вино разливал Леонид Духовный, тем самым показывая, кто в доме хозяин.

Так потом и вышло. В разгар трапезы один из киевлян попросил меня отойти в сторонку. Мы вышли в закуток перед раздевалками, и я спросил, чем могу служить. Так я впервые услышал это имя. Когда я поделился своей радостью с киллером, тот задумался вина, как было сказано, оказалось маловато и решил дать мне пожить подольше. Мы представились друг другу и потом быстро подружились. Его звали Володя Каденко. Пригласили с концертом в Литву, в Висагинас. Потому и последний сохранившийся в Литве КСП --.

В понедельник в Москве приношу в литовское посольство документы на визу. Очень любезная женщина принимает их, рассматривает и спрашивает, мол, фамильное сходство с литовским парламентским лидером, к тому же экс-президентом, -- не случайно ли? А я возьми да и скажи: Короче, когда предложила прийти за визой в пятницу, а я мог опоздать на поезд и на концерти я спросил, нельзя ли в четверг, сказала: Так я не опоздал.

Но чуть не "пролетел" с возвращением: А заодно и билет на поезд, но это уже были мелочи. Возвращаться как-то надо, причем срочно: Получил в полиции справку, что, мол, обращался по поводу пропажи, наутро перевел в бюро переводов и помчался в российское посольство. Ну хоть водительские права! А с чего бы им взяться у меня, водительским правам? И тут я вспомнил про только что вышедшие компакт-диски -- пара штук оказалась при. На обложке была фотография. Так я не опоздал и обратно.

И в этот сборник были включены три песни Анатолия Киреева, с которым благодаря этому сборнику произошла у-ди-ви-тельная история. Я считаю, что -- такого в жизни не бывает! С ним -- произошло. В 94 году у нас здесь проходил концерт Анатолия Киреева, посвященный пятилетию его первого выхода на сцену -- в году здесь же состоялся его первый сольный концерт.

Отработал Толя концерт, все замечательно, воодушевленный такой, а тут еще Сережа Боханцев подъехал -- они на следующий день с Киреевым и с Татьяной Фоменко должны лететь в Норильск на фестиваль. Ну, конечно, подогрелись. Рано утром -- самолет в 8 часов -- машина отвозит их в аэропорт. А сборников "Барды Урала" оставалось еще тогда довольно много -- пачек 5 или 6.

Я и говорю -- возьмите пачечку с собой на сувениры. А у них был большой груз, и Tоля взял только штучек И вот посадка в аэропорту города Челябинска. Таня Фоменко встала сзади, а этих двоих поставила вперед, как нетвердо стоящих на ногах, чтобы закрывать их своей широкой грудью. Бося-то прошел нормально, oн трудно держался на ногах, но паспорт у него.

У Киреева паспорта. Билет есть -- паспорта. Короче говоря, с трудом и мытарствами сами понимаете -- самолеты в Норильск летают очень редко тут решили его пропустить -- ладно, родился в Челябинске, свой вроде, пусть летит.

Но когда самолет, покрутившись часок в воздухе, сел в Ноябрьске, не долетев до Норильска, и их там выгрузили, и снова таможня, он уже как паспорт достает эту книжку Да, Киреев, автор, да, я Он улетает и оттуда! Потом с этой книжкой он умудрился улететь и из Норильска в Москву, и из Москвы в Челябинск!

Рассказывает Берг, как в том же Новосибирске, судя по афише, он фигурировал в качестве "знаменитого гитариста из Киева". В одной, висевшей в Питере у входа в Концертный зал у Финляндского вокзала, говорят, было написано: Никакая гитара не вывезет Вот какую историю рассказал, кто уж -- не помню. Среди них -- скромненькая такая девушка неброской внешности, совершенно не сценического вида. Ей бы сидеть и слушать, как бывалые бойцы выступают, а она возьми да заявись на участие в конкурсе, да не с чем попало, а с песней, которую в те годы только немой не пел.

Начиналась она словами "Репетиций не надо, их кончился срок, песня ждет на листке из блокнота Ну, отборочное жюри прослушало полкуплета -- все ясно: Поработаете над собой годика два -- попробуйте. Может и сами передумаете.

9 жизней кота ТиМурчала | Информационное агентство «moldliswellmer.tk»

А нет -- лучше что-нибудь другое, а то эта песня -- гимн нашего клуба, и ее поет наш гвардейский, сиречь лауреатский, дуэт Бавыкиных. Вся эта процедура заняла столь ничтожное время, что ее практически с начала пронаблюдал издали возвращающийся за стол жюри его председатель Евгений Клячкин, отошедший ненадолго по какой-то надобности.

Ему обстоятельно объяснили, мол, совершенно несуразная девочка посягнула на такую песню. Это была Марина Ливанова. Рассказывают, как занесло однажды Александра Розенбаума куда-то на юг, вроде бы в Ставрополье, к военным. И, как не раз с ним у подобной публики случалось, повезли его на полигон -- пострелять. Да не из ружья, а из пушки! Ну, навел он ее на какие-то кустики и шарахнул. И вдруг из соседних кустов выпрыгивает дед и, ругаясь страшными словами, бежит к.

Он тут коз пасет, а они, понимаешь, скотину пугают. Так и угробить могут! Дед моментально меняет гнев на милость: Чем лучше песня, тем больше у нее авторов. Много раз ловили за руку Михаила Звездинского, присваивавшего себе чужие заслуги. Короче, как рассказывает Борис Шлеймович Киев -Винницакогда готовился сборник туристских песен "Люди идут по свету", его составитель Леонид Беленький спросил у Лисицы: И с тех пор так и кочует -- сиротой.

Сергей Матвеенко рассказывает, как однажды сидит он в жюри Грушинского фестиваля, будучи уже маститым автором хита "Пошел от перрона паровоз И вот молодой человек рассказывает, как ехал он куда-то, и настроение было соответствующее, и под это дело сочинил он песню, которую и хочет представить: Тем временем приводят еще одного юношу, а Сергею снова говорят: И тот второй принимается излагать идентичную историю первый же тем временем начинает беспокоиться, предчувствуя, что куда-то влипи плавно переходит к той же песне.

Тут приводят еще одного соискателя, а Сергею снова говорят: Раньше считалось, что Александра Гинзбурга. Теперь, выходит, не. Если взять в руки газету "Новые известия" за 2 февраля года, раскрыть на 5-й полосе и в рубрике "Теленеделя с Еленой Кацюбой" начать читать "Спросите Лившица", можно прочесть: На все проклятые вопросы ответ один -- спросите Лившица.

Несколько ранее известный тележурналист Андрей Черкизов приписал Галичу стихотворение другого псевдонима -- Наума Коржавина о том, как декабристы разбудили Герцена. А одна газета поместила заголовок: Вот, небось, Юлий Черсанович гордился! Или "Пушкин" теперь тоже псевдоним? Поляна, где проходит главный концерт. Я опоздал на него минут на пятнадцать, и сесть уже было совершенно некуда -- все забито публикой.

А из первого ряда мне машет рукой фонотетчик киевского КСП "Костер" Боря Шлеймович, мол, пробирайся сюда, я тебе местечко забил. И действительно, рядом с ним -- пустой пенопластовый коврик. Идти "как положено" -- значит, по ногам, головам и. Но можно -- "как не положено", то есть, через "мертвую зону" между первым рядом и сценой. Зона эта, исполосованная кабелями микрофонов, колонок, питания, тщательно охраняется "хунвейбинами", сидящими перед первым рядом метра через три один от другого.

И вот я, выждав, когда отвыступает очередной участник, рванул из кусточков около сцены через зону и плюхнулся на Борин коврик. Кончилась песня, подходят ко мне два "хунвейбина", один берет за руки, другой за ноги и тем же путем относят в кусты и аккуратно складывают.

Ну, думаю, так мне и надо! А тем временем к ним устремляется президент горклуба Игорь Каримов и что-то кричит, эмоционально жестикулируя при. Слышу вроде бы свою фамилию. Тут закончилась очередная песня, подходят ко мне эти же двое ребят, один берет все так же за руки, другой за ноги, проносят знакомым путем и нежно укладывают на Борин коврик.

Глеб Северов

Я ничего не понимаю. Боря, видимо, тоже чего-то не понимает, но совсем не то, что я, ибо спрашивает: Рассказывает Сергей Анатольевич Михасев: Ноги гудят от усталости. В предвкушении спокойного сна заползаю в купейный вагон поезда Москва-Петрозаводск.

Через час расчехляются гитары и начинается не музыка, а какие-то непонятные синкопы. С воодушевлением что-то репетируют. Демонстративно ложусь на вторую полку.

Делаю замечание недовольным тоном. Извините-извините, уходят репетировать в тамбур. Еще через час, когда я забылся в тишине, они забылись и вернулись в купе. Громко, четко посылаю их по-русски на три буквы с угрозой вызвать проводника. До Петрозаводска никто не беспокоит. Предлагают и мне идти. У спекулянта при входе приобретаю билет один концерт, аншлаг. Ну, вы догадались, на сцене мои ночные мучители Матерые старшекурсники даже водили новичков к этой достопримечательности.

Но поскольку заходить прямо к Виктору Семеновичу с экскурсионными целями было как-то неудобно, экскурсантов обычно подводили к двери кафедры: Самому Михаилу повезло тогда несколько больше -- его приятель, учившийся на этой кафедре, провел его внутрь до самой двери кабинета.

Так что ему удалось увидеть даже табличку с фамилией, а если бы дверь в этот момент случайно открылась, то чем черт не шутит Концерт ведет Вероника Долина. Готовясь объявить очередного участника, натыкается на незнакомую фамилию и, не отходя от микрофона, говорит сама себе вслух: Я же всех хороших бардов знаю! Борис Жуков и Виктор Байрак, правда, утверждают, что все было несколько мягче -- готовясь объявить Андрея Ширяева Вероника произнесла: Своеобразный юмор Вероники некоторых иногда обескураживает.

Вот что, по словам Любови Лейбзон Баку -- Иерусалимпроизошло на Грушинском в году, через год после первого появления Долиной на этом фестивале. Перейдя понтон, натыкаемся на Яшу Когана автора, в то время из Баку -- прим. Стоим в некотором отдалении -- надо что-то уточнить у Яши. За щелястым столиком рядом две девочки, явные школьницы, тоже заполняют анкету.

Одна из них поворачивается к собеседнице Когана и робко спрашивает: Юная леди в кепочке на этот раз оборачивается почти в гневе: Борис Гольдштейн ведет машину из Сан-Диего в Лос-Анджелес с целью доставки меня к месту очередной "творческой встречи".

Не отрывая глаз от хайвэя, рассказывает всю свою московскую КСПшную биографию от "хвоста" в конце х -- начале х до крутого кустового командира.

Чтобы не отрывать его от драйва и в то же время поддерживать в нем уверенность, что я еще не выпал и не отключился, поддерживаю положительную обратную связь -- поддакиваю, подхмыкиваю. Боря вдохновляется все больше: Тут я замолкаю и впиваюсь взглядом в шоссе, будто не он меня везет, а наоборот.

На самом деле меня поглощают раздумья о, по крайней мере, десятке достойных соперниц Вероники, которым не повезло с высочайшим благословением и связанными с ним "паблисити" и зачислением в "обойму". Борис, решив, что я, наконец, либо вывалился, либо помер, скашивает глаз в мою сторону. В году песни Михаила Щербакова были уже хорошо известны, но все ценители знали только имя и голос.

Самого автора живьем почти никто не. Немногие могли похвастаться и способностью спеть эти песни -- их музыкальная сторона выходила далеко за пределы умений среднего КСПшного исполнителя. В результате Александр Костромин -- один из немногих, кто пел песни юного мэтра -- часто на больших слетах слышал за спиной шепоток: Рассказывает Андрей Янишевский Санкт-Петербург: Но, по крайней мере, не в зале зоопарка, с этим все в порядке. Для тех, кто не знает, -- в питерском зоопарке проводятся концерты авторской песни -- прим.

Все обрадовались, полезли в карман за деньгами. У народа некоторое оживление, его начинают допрашивать о предстоящем концерте. Выясняется, что Володя ничего не знает. После некоторого обсуждения и анализа выясняется правда: Ильин -- из Москвы. Кто такой, что такое -- никто не в курсе В общем, товарищи, будьте бдительны!

И первое, что услышал от своего нового знакомого Берг, было: Оказывается, во время Диминой службы в армии его начальник-сержант, отправив его в очередной раз чистить гальюн, сам садился на соседнее очко и, что называется, стоя над душой в столь странной позе, пел под гитару песни Ланцберга, перемежая их репликами типа: Рассказывает Георгий Мурый Москва: В этом году я был в экспедиции на Дальнем Востоке, выполнял работы на небольшом рыболовном судне.

В один прекрасный момент, когда все стояли на палубе в робах и готовились к работе с очередным за день "порядком" есть такой вид рыболовной снастистармех спросил у меня, знаю ли я такую песню -- и стал напевать "А волна до небес раскачала МРС". Я ему ответил, что, мол, только песен Кима мне сейчас и не хватает -- настроение у меня было нехорошее.

Когда я пояснил, он стал орать, что, мол, эту песню он здесь слышал еще до Кима, что она местная, курильская, что никакой москвич ее написать не сможет, только настоящий курильчанин, что написал ее такой-то с Шикотана, а он поет только свои песни, и что если я еще раз выскажу подобное, он меня за борт выкинет на месте. Положение спас боцман, который подтвердил, что эту песню написал Ким -- он когда-то смотрел передачу по ТВ с его участием.

Аналогичный случай произошел и с составителем этого сборника. Где-то в середине х по TV прошла очередная передача "Товарищ Песня" с участием бойцов студенческих стройотрядов. И в ней Лев Лещенко эстрадный певец из Москвы пел мою песню "Пора в дорогу, старина Сам я эту передачу не видел, но многие рассказывали. И вот в далеком украинском городе Нежине приходит на следующее утро на работу в свой "Нежсельмаш" мой свояк и повествует коллегам об этом событии.

Многие, конечно, передачу видели. Не буду уточнять, в кого меня переквалифицировал этот правдоискатель, но дело в том, что, по его сведениям, эту песню создал кто-то из знакомых его флотских товарищей. Рассказывает Сергей Данилов, питерский автор. Константин Тарасов пытается проникнуть в московский ДК "Меридиан" на свой же концерт со служебного входа. С ним -- два молодых человека суперменской внешности и две юных дамы, по виду -- топ-модели. Задача Константина -- провести их без билетов.

Вахтер -- хранитель турникета -- останавливает шествие вопросом: Константин Тарасов, -- отвечает Костя. Вахтер смотрит длинный список, кого пропускать, находит его фамилию Вахтер снова ныряет в список, ищет, находит: Концерт был их совместный с Олегом Митяевым.

Вахтер фамилию Кости в списке не нашел и сказал, что сегодня выступает Митяев. На что Константин ответил: Тогда вахтер осведомился на предмет, кто эти четверо молодых людей и получил ответ, совпадающий с предыдущей версией.

Профессионально оценив взглядом всю пятерку, он понимающе мотнул Тарасову головой -- мол, все ясно, проходите! Менеджер -- известный исполнитель Владимир Муравьев. Пытаюсь войти в зал. Билета у меня, естественно. Время, собственно, начинать концерт.

Первое отделение --. А контролеры, ребята, вскормленные по книге о вкусной и здоровой пище, без билета не пускают. Охрана понимает, что над ней издеваются в особо изощренной форме.

Это их взвинчивает до последней степени, и они начинают обсуждать вопрос, не спустить ли меня с лестницы. В это время выходит встревоженный моим отсутствием Муравей, на чем сеанс театра абсурда и заканчивается.

На самом интересном месте. Концерт Гейнца и Данилова. После концерта к ним подходят молодые ребята из КСП "Капля" с вопросом: А мы думали, ее автор давно умер Неоднократно "умирал" Александр Городницкий. Помимо случая, когда одна девочка после концерта в Ленинграде зачислила его в мертвые классики как автора песни "Снег", знакомой ей с раннего детства, широко известен другой, о котором он сам рассказывает в своих воспоминаниях. Приводим весь фрагмент из книги, несмотря на внушительный объем в нем содержатся еще несколько эпизодов по теме.

В этих северных экспедициях я впервые столкнулся со странными песнями, которые пели наши рабочие. Никто не знал их авторов, "просто слышали, и все". Говорилось еще и так: Песни эти пелись, конечно, не под гитару, а просто так -- вечером у костра или прямо у палатки. К одному поющему понемногу неторопливо присоединялись.

Каждый пел не для других, а как бы только для себя, неспешно вдумываясь в поющиеся слова. Незримая общность того, о чем говорилось в песне, объединяла поющих, и возникало подобие разговора и того странного точного взаимопонимания, которого я не встречал в других местах.

Так я впервые понял, что песня может быть средством общения, выражением общего страдания, усталости, грусти. От того, что и жили вместе, и страдали. Стихи здесь не котировались -- они считались проявлением слабости, сентиментальности. Песня -- совсем другое. Песню можно было петь везде и. В Арктике песни пели все: Песни все были, конечно, разные, но тональность их, полное отсутствие бодрячества и фальши, точная психологическая правдивость иногда наивных, но всегда искренних слов, -- были неизменны.

Именно там, на Севере, подражая этим услышанным песням, я начал придумывать какие-то нехитрые мотивы. Так я всерьез начал писать песни, некоторые из которых до сих пор считаются "народными", такие, например, как "Перекаты", "Снег" или "От злой тоски не матерись". История этой последней песни довольно примечательна. Я написал ее в Туруханском крае в году как подражание "зековским" песням, которых наслушался к тому времени уже немало. Уже на следующий год во время полевых работ после какого-то сабантуя наши рабочие, среди которых бывшие зеки составляли немалую часть, слегка подвыпив, стали петь "старые лагерные" песни и, к моему удивлению, спели эту мою.

Поскольку был я еще молод, глуп и тщеславен, то немедленно заявил о своем авторстве. Вот этого-то, оказывается, и нельзя было делать. Все, что было мне сказано в ответ, практически на русский язык не переводится, а то, что переводится, может быть сведено к лаконичной форме: Угроза была вовсе нешуточной -- народ в тех краях подбирался серьезный.

Чтобы ты, фраер с материка, да такую песню придумал? Наша песня, всегда была нашей, понял? Через много лет я снова встретился со своей песней в повести безвременно ушедшего из жизни магаданского писателя и геолога Олега Куваева "Территория". Действие повести происходит на крайнем северо-востоке, в районе Магадана.

В ней описывается, как из Нагаевской губы под осень уходит "последний караван", жители собираются на берег прощаться е уходящим северным летом и поют эту песню, "написанную каким-то местным автором".

В середине восьмидесятых на Кольском полуострове, неподалеку от Мурманска, в поселке Заполярный, куда я приезжал в командировку на первую в мире скважину сверхглубокого бурения, начальником которой был Давид Миронович Губерман, старший брат моего друга поэта Игоря Губермана, в местной гостинице я познакомился с молодыми специалистами-врачами, работавшими здесь около года.

Узнав, что я геолог и интересуюсь песнями, написанными на Севере, они неожиданно, предложили мне показать могилу "человека, который написал песню "На материк". Я очень удивился, но, конечно, немедленно согласился. На следующий день они раздобыли небольшой "уазик", и мы отправились в тундру. Примерно через час езды по трудной дороге мы прибыли в расположение бывшей "зоны" -- несколько бараков, обнесенных уже сгнившим от сырых баренцевоморских ветров частоколом с покосившимися пулеметными вышками на углах.

Эти "типовые" архитектурные сооружения мне доводилось встречать уже неоднократно в Туруханском крае и на Колыме. Неподалеку притулилось небольшое кладбище: Подойдя к одному из камней, один из моих спутников, сняв шапку, произнес: Он прямо в зоне эту песню придумал, здесь его и прикончили".

Ну что ж, надо помянуть".

  • Подростки зверски избили школьницу в Мурманске [соцсети]
  • Подросток из Мурманска написал прощальное письмо и исчез
  • Архив за месяц: Июнь 2018

С этими словами он вытянул из внутреннего кармана своей меховой куртки пол-литру "Московской" и стопку. Мы наполнили стопку и поочередно помянули безвременно погибшего автора. Потом сели в машину и уехали обратно в Заполярный. Моей фамилии никто, конечно, не. Весной девяносто второго года любимый мною артист Зиновий Гердт исполнил эту песню по российскому радио в передаче, посвященной народным песням, написанным неизвестными авторами, и тоже очень удивился, узнав о моем авторстве, несмотря на наше давнее знакомство.

А несколько лет назад мое авторство этой песни было признано как раз представителями того самого контингента, который когда-то его оспаривал.

Я получил письмо из лагеря, расположенного в Ленинградской области, где-то под Дугой. Письмо было подписано "членами общества книголюбов". Затем шли стандартные пожелания творческих успехов и счастья в личной жизни.

А в конце написано главное: А однажды Городницкому пришлось отдуваться за покойника, о чем он тоже рассказывает сам: Аудитория сплошь состояла из девиц, весьма, кстати, привлекательных. Роскошного вида ведущая вышла на сцену и торжественно объявила: Раздались жидкие хлопки, что мне было делать?

Выйдя на сцену, я сказал: Давайте почтим его память вставанием. Все огорченно поднялись со своих мест, полагая, что вечер отменяется. Был одним из организаторов знаменитого "Цеха поэтов" в начале века, известным акмеистом, современником Блока и Гумилева.

А моя фамилия -- Городницкий, и я жив. Обрадованная аудитория долго хлопала, и вечер вошел в колею. Году в м Олегу Митяеву показали самарскую газету для осужденных -- "Тюрьма и воля", где под названием "Больничка" была опубликована его песня "Сестра милосердия". А рядом такой текст: Мы только знаем, что родом он из города Жигулевска. Его жизнь оборвалась в году. Срок отбывал в ИТК Если кто-либо располагает какими-нибудь сведениями об этом несомненно талантливом человеке, очень просим сообщить по адресу: Приятно, однако, что он успел встать на путь исправления!

Рассказывает еще один вернувшийся "оттуда" -- Владимир Каденко: И один из них от полноты чувств произнес такой тост: Володя, я хотел бы всю жизнь провести с тобой и погибнуть с тобой в горах! Через несколько лет на туристском слете, опять же, на Кавказе, я в одиночестве жюрю конкурс песни. И вот приходит молодой исполнитель и говорит: И начинает петь мою песню " Оглядываю себя -- ноги, руки А он допел и гордо удалился.

Я понимаю, может, кто-то из его погибших друзей и пел эту песню, это и смешно, и горько, и это был единственный раз, когда я не заявил протеста по поводу авторства Реинкарнация или Неизвестный шедевр. Рассказывает Вера Романова Москва: Зато часто организует там концерты авторской песни, тем более, что в течение многих лет он в качестве "общественной нагрузки" возглавлял "культмассовый сектор" своего института.

Имея такие связи, это не очень трудно. И вот на одном из подобных мероприятий среди прочих авторов должен был выступать и Юрий Иосифович Визбор дело было году в м. Мне со своего места хорошо видно, как Визбор стоит сбоку за кулисами, рядом с задвинутым туда роялем, слушает очередного выступающего и что-то не то записывает, не то чертит Потом он с этого места ушел, -- а я, наоборот, проходя мимо, оказалась рядом с этим же роялем.

И вижу на нем листок бумаги, оставленный, по всей видимости, Визбором. Синим фломастером, небрежно, уверенной рукой мастера изображен горный пейзаж -- из тех, что Визбор любил рисовать всю жизнь и кажется, ничего другого не рисовал. И снизу столь же уверенная крупная подпись: Борис Гордон врач, журналист, автор, лауреат ряда больших фестивалей, Чебоксары -- Москва плыл как-то во второй половине х по морю -- то ли куда-то, то ли откуда-то. И там же, на борту, оказалась поющая компания краснодарцев, не слишком близкая к авторской песне, но кое-что слышавшая.

Так получилось, что по ходу дела была хором исполнена нетленка про изгиб гитары Борис назвал автора, на что получил ответ: Авторства песен Ады Якушевой попутчики Бориса не оспаривали, но когда он заявил, что на радио работал в той же редакции и находился в одной с нею комнате, это показалось им уж слишком чересчур: Чем "удобна" короткая дистанция.

Дистанция -- не дистанция, но малоощутимая для постороннего разница в именах "Владимир" и "Валерий" сослужила, по словам Михаила Столяра, весьма неоднозначную службу минскому автору Володе Борзову.

Выступал он в конце х в каком-то украинском городе, где афиша возвещала о том, что "Валерий Борзов поет свои песни".

Публика валом валила послушать легендарного олимпийского чемпиона в беге на метров! О времена, о вкусы! О концертных подвигах последнего я слышал, как мне казалось, особенно часто, но имя его произносилось как-то странно: Изменились не только времена и нравы, не только вкусы, но и вкусовые ощущения.

Сейчас мне смотреть на Сашу как-то кисло -- до того он сладкий. Это было почетное звание. Как-то приезжаю спустя несколько лет: У меня все холодеет внутри: Яркая заплата на ветхом рубище певца Иркутский автор Сергей Корычев вспоминает эпизод, случившийся в Одессе в году, когда он и Евгения Логвинова приехали туда, чтобы записать очередной магнитоальбом. Возвращается Сергей с пляжа и вдруг замечает, что многие прохожие на него оборачиваются и улыбаются такими хорошими-хорошими улыбками.

Причина "мировой славы" стала ясна через непродолжительное время, когда выяснилось, что он, одеваясь на пляже, натянул майку с надписью "Chanel" шиворот-навыворот.

Принимают, как всегда, очень тепло, а некоторые зрители подпевают, но -- так, "по-интеллигентски", про себя, только шевеля губами. Конечно, лучше, когда зал поет в голос, -- можно сачкануть, но и так. А в зале полумрак, лица скорее угадываются, но что-то разглядеть.

Особенно порадовал меня совсем молодой человек, лет 14 на вид, который прошевелил губами все песни, от первой до последней. Надо после концерта подойти, сказать что-нибудь приятное". Все заканчивается, зажигается свет. Нахожу глазами этого мальчика, а он все артикулирует Ты сам -- свой высший суд!

Это же прекрасная кличка для первого родившегося в году самца! Пройдет не так много времени, и Мундиаль, возможно, станет таким же огромным и могучим, как его отец Мураками.

9 жизней кота ТиМурчала

Россия первый раз в своей истории стала страной-хозяйкой чемпионата мира по футболу FIFA. Игры проходят в 11 российских городах: ЧМ завершится 15 июля. Приокско-Террасный государственный природный биосферный заповедник имени Михаила Заблоцкого — особо охраняемая природная территория Российской Федерации. Расположен на левом берегу Оки в Серпуховском районе Московской области. Это один из самых маленьких заповедников страны, однако на площади около 5 тысяч гектаров обитает вида птиц и 57 видов диких млекопитающих.

Главной достопримечательностью заповедника является зубр — дикий лесной бык, самое крупное копытное животное Европы, которое совсем недавно стояло на грани исчезновения. Раздумывать долго нам не пришлось в России стартовал чемпионат мира по футболу года — мундиаль!

Это же прекрасная кличка! Пока новорожденный не отходит от матери — большой зубрихи Мурибеллы. Сотрудники питомника надеются, что вскоре малыш вырастет таким же могучим, как его зубр-отец Мураками. Телёнка зубра назвали Мундиалем, как сообщает пресс-служба заповедника. Лесному ребёнку уже месяц. Это не просто прихоть воспитателей зубров или дань ЧМ в России, по международной классификации всех зубров, родившихся в Подмосковье, положено называть на Му. Раздумывать долго нам не пришлось в России — чемпионат мира по футболу года — назвали Мундиаль, — говорят специалисты заповедника.

А сотрудники питомника надеются, что Мундиаль вырастет таким же, как его отец Мураками — большим, сильным, мощным. После того, как зубры становятся взрослыми, их вывозят на свободу — в леса Беларуси, Смоленской области, Кавказа и в другие места.

Площадь особо охраняемых природных территорий в Оренбургской области за последние 20 лет увеличилась более чем в 10 раз — до тысяч гектаров, сообщил РИА Новости представитель пресс-службы губернатора и правительства региона.

Это более, чем в 10 раз превышает показатели года. В рамках проекта по реинтродукции лошадей Пржевальского на этом участке планируют к году сформировать полувольную популяцию лошадей от до особей.

Животные завезены в Оренбуржье из питомников Франции и Венгрии. На сегодняшний день в заповеднике обитают 36 лошадей Пржевальского. Его обновленную версию представило в пятницу региональное министерство природных ресурсов и экологии.